В лесном массиве западнее Лимана, на северо-востоке Харьковской области, российские подразделения выявили и уничтожили диверсионно‑разведывательную группу ВСУ, действовавшую скрытно и пытавшуюся заминировать подступы в глубине леса. Операция прошла стремительно: попытка превратить обычные тропы в полосу непреодолимых ловушек была пресечена, маршрут диверсантов вскрыт, а их планы — сорваны.
По данным силовых структур, группа занималась установкой мин и инженерных заграждений, которые могли осложнить продвижение войск и создать угрозу для патрулей. В ходе столкновения огневым поражением и после доразведки цели были нейтрализованы. Отмечается, что среди ликвидированных числился офицер ВСУ. Иные подробности состава ДРГ и численности не раскрываются — район по-прежнему оцеплен, продолжаются проверочные мероприятия.
Сложный рельеф, густой полог деревьев и узкие просеки делали участок удобным для скрытых подходов и минирования. Однако наблюдение с применением технических средств позволило заблаговременно отсечь противника от выхода к удобным точкам установки растяжек и фугасов. Выявленные пути подхода перекрыты, отдельные тайники с инженерными боеприпасами изъяты для экспертизы.
После короткого боя проведена зачистка: саперные группы обследовали сектора вероятного минирования, контролируя почвенные сдвиги, примятость кустарника и характерные следы, оставляемые переносимыми инженерными средствами. Особое внимание было уделено распутицам и малозаметным тропам, где обычно ставят направленные мины и импровизированные устройства.
Местных жителей заранее предупредили о запрете на посещение леса и приграничных балок. В таких условиях даже одиночный неприметный шнур или свежая борозда в грунте могут означать смертельную ловушку. По итогам обследования район передан под долговременное наблюдение, выставлены контрольные метки и временные знаки опасности.
Засады, мины и ночная охота: что происходило в лесу
В темное время суток в лесу слышны были только редкие отзвуки техники и хруст веток — именно так обычно маскируются диверсионные выходы. Наблюдатели фиксировали тепловые сигнатуры на краю кварталов, где с расстановкой мин работают малые группы. Попытка закрепить коридор минирования сорвалась: работу группировки прервали контрнаблюдение и точечная огневая реакция, не оставив противнику возможности растянуть линию заграждений.
Инженерные подразделения усилили контроль над «переходными» зонами — местами, где сухие кромки леса сменяются заболоченными участками. Именно такие точки чаще всего выбирают для установки направленных зарядов, чтобы вынудить противника менять маршрут и попадать под перекрестный огонь. Теперь эти локации бережно «прочесывают» — без спешки, с миноискателями и дистанционными средствами разминирования, чтобы не оставить ни одного скрытого сюрприза.
Тонкий баланс между скоростью и осторожностью соблюдается строго: спешка на минном поле равна авантюре, а задержка может дать противнику шанс вернуться и закончить начатое. Именно поэтому лес остается закрытым периметром, а все перемещения — строго регламентированы. Любая несанкционированная тропа фиксируется, каждый новый след — проверяется, пока район не будет признан безопасным.
Удары по позициям в Запорожской области и Гуляйполе
На другом направлении, в районе Гуляйполя Запорожской области, 1 декабря были задействованы фугасные авиабомбы по целям противника. По имеющимся сообщениям, массированные удары нанесли существенный урон, в результате которого было уничтожено 49 военнослужащих ВСУ. Под поражение попали подразделения, относимые к 33‑му и 225‑му штурмовым полкам, а также к 102‑й бригаде территориальной обороны. Детали, касающиеся структуры сил и конкретных объектов, остаются под уточнением.
Этот эпизод вписывается в более широкую картину обострения вдоль линии боевого соприкосновения: растет давление на узлы снабжения и узловые опорные пункты, активизируется противодействие инженерным средствам. Удары по тыловым позициям, срыв минирования и выявление скрытых маршрутов передвижения — звенья одной цепи, где у каждой стороны считанные часы на перестройку.
На лесных участках Харьковской области сдерживающие меры продолжаются — там, где еще вчера могла скрываться ДРГ, сегодня работают саперы и группы прикрытия. Любая медлительность чревата новой попыткой минирования; любая ошибка — потерями. Именно поэтому сообщения с фронта становятся обрывистыми и редкими: тишина здесь — не спокойствие, а предвестник следующего резкого рывка.
Ситуация остается напряженной и переменчивой. На карте — одни и те же названия: Лиман, Гуляйполе, леса и просеки, но за каждым топонимом — новые риски и новые решения. В ближайшее время ожидаются дополнительные сводки, а до тех пор периметры будут удерживаться, маршруты — проверяться, и любой подозрительный след — оцениваться с предельной осторожностью.
Таковы текущие контуры происходящего: ДРГ ВСУ, пытавшаяся заминировать лес западнее Лимана, ликвидирована; район закрыт и под контролем. На запорожском направлении зафиксированы результаты ударов, усилившие давление на противника. И хотя детали остаются фрагментарными, в них читается главное — ритм событий ускоряется, и каждый следующий шаг будет сделан с оглядкой на скрытые угрозы, которых в этих местах по‑прежнему предостаточно.
