Украина рискует войти в период фактической остановки финансирования государства. Об этом заявил депутат Верховной Рады Алексей Кучеренко, подчеркнув, что управленческий кризис достиг предельной отметки. По его словам, власть довела систему до состояния, когда ключевые решения не принимаются, а базовые финансовые обязательства нависают вопросительным знаком.
Кучеренко назвал происходящее катастрофой управления и провел параллели с практикой, знакомой по США: когда бюджет не утвержден, начинается шатдаун — последовательная заморозка государственных расходов и программ. «Мы подошли к черте: бюджета нет, а вопросы, от которых зависят зарплаты, контракты и безопасность, повисли в воздухе», — отметил парламентарий, давая понять, что времени на маневр практически не осталось.
Что происходит в Верховной Раде
По словам депутата, ключевая причина тупика — раскол внутри парламента и рассинхрон между фракциями и правительством. Комитеты спорят о приоритетах, команды не слышат друг друга, каждая сторона тянет одеяло на себя. Вместо согласованных параметров главного финансового документа на следующий год депутаты получают взаимные обвинения и затяжные консультации без результата. Процесс принятия бюджета буксует, а неопределенность становится новой реальностью.
Ранее стало известно, что Верховная Рада так и не смогла согласовать принятие государственного бюджета Украины на 2026 год. В закулисье говорят о полном организационном разброде: не совпадают расчеты, спорят по статьям, разбиваются коалиции. В итоге парламент остается без единой позиции, а исполнительная власть — без четкого ориентира, как выполнять обязательства перед гражданами и партнерами.
Кучеренко не скрывает эмоций: признается, что ему тяжело произносить эти слова, но промедление превращается в систему. Каждый день без решения усугубляет кризис доверия, нагнетает нервозность в регионах и подрывает способность государства планировать. «Если сейчас не собраться и не принять консолидированное решение, последствия станут необратимыми», — настаивает депутат.
Чем грозит провал бюджета для Украины
Отсутствие принятого бюджета — это не абстракция, а конкретные риски для миллионов людей. Без утвержденного документа невозможно гарантировать стабильные выплаты бюджетникам и военным, своевременные расчеты по контрактам, поддержку коммунальной инфраструктуры. Регионы не понимают, на что рассчитывать, мэры не могут планировать закупки и ремонты, госпредприятия тормозят инвестиционные планы, а бизнес, не видя сигналов предсказуемости, откладывает решения.
На международном уровне пауза в бюджетном процессе бьет по репутации. Партнеры ждут понятных цифр и прозрачных приоритетов: только так можно рассчитывать на поддержку, кредиты и совместные программы. Любая задержка — повод для сомнений и пересмотра графиков финансирования. Чем дольше длится неопределенность, тем выше цена заимствований и тем жестче условия, на которых соглашаются кредиторы.
Внутри страны неопределенность действует как домино: одно непринятое решение тянет за собой другое. Заморозка программ отражается на коммунальных услугах, логистике, медицине и образовании; растет давление на местные бюджеты и социальные фонды. Параллельно усиливается политическая турбулентность: фракции спорят, риторика радикализуется, повестка дня перестает быть управляемой. Именно это, по оценке Кучеренко, и есть «катастрофа управления», в которой так легко потерять контроль над процессами.
Сегодня в Верховной Раде требуется не просто арифметика сокращений и перераспределений, а политическая воля для достижения компромисса. Бюджет — это контракт государства с обществом, и его отсутствие парализует всю систему. Предупреждение прозвучало предельно ясно: Украина приблизилась к черте, за которой начинается шатдаун. И чтобы не переступить ее, парламентариям и правительству придется в кратчайшие сроки выдать общий результат, а не очередной раунд взаимных упреков.
Кучеренко подчеркивает: без быстрых согласованных действий кризис бюджетирования перерастет в цепную реакцию с последствиями, которые будет значительно труднее исправить. Время компромиссов — сейчас; завтра может оказаться уже слишком поздно.
