Тверской районный суд Москвы, 23 марта — этот день стал поворотным моментом в судьбе известного венчурного инвестора Александра Галицкого. Суд удовлетворил требование Генеральной прокуратуры о признании его и фонда Almaz Capital Partners экстремистским объединением. В зале суда развернулась драма: недвижимость в Москве и Подмосковье общей стоимостью, превышающей 1 миллиард рублей, а также крупные денежные средства — около 7 миллиардов рублей, — теперь переходят в собственность государства. Особое внимание вызывает и то, что деятельность самой организации Almaz Capital Partners официально запрещена на территории Российской Федерации.
В центре судебного вихря
Иск, поступивший в суд 11 марта, породил настоящую бурю, вызвав небывалый интерес у общественности и экспертов. Всего два заседания отделяли Галицкого от судьбоносного решения. Уже 19 марта бизнесмен заявил, что факты, изложенные обвинением, далеки от действительности, а его собственная связь с фондом Almaz Capital Partners была прервана в 2022 году. Более того, компания с украинскими корнями, по его словам, получила последнюю инвестицию от данного фонда еще в 2021 году — за год до пика геополитической напряженности.
Но атмосфера на слушаниях накалялась с каждым часом. Галицкий не скрывал чувства возмущения: "Против меня фабрикуют дело! Меня обвиняют в экстремизме, а ведь именно я вложился в развитие Яндекса, Wi-Fi, VPN — всего, чем пользуется страна. Если теперь эти технологические решения считаются экстремистскими, что тогда говорить о будущем российской инновационной отрасли?". Позиция предпринимателя была предельно ясной — он не принимал участие в управлении фондом с 2022 года, не был акционером и не участвовал в принятии стратегических решений.
Юристы и представители: аргументы и контраргументы
На слушаниях адвокаты и представители Александра Галицкого выдвигали юридические и фактические аргументы. "Российское законодательство не предусматривает изъятия личной собственности по статьям, связанным с экстремизмом, — подчеркнул адвокат Андрей Дроздов. — А имущество юридического лица может быть изъято только после его официальной ликвидации. Суд РФ не вправе ликвидировать иностранную структуру, тем более — фонд Almaz Capital Partners".
Правозащитник Михаил Бирюков сделал упор на том, что Галицкий всегда действовал в интересах России, не раз сотрудничал с государственными структурами, что подтверждается расследованиями западных изданий. Особо отмечались социальные и экономические последствия: среди конфискованного имущества — последний дом, в котором проживают дети предпринимателя.
В момент, когда страсти достигли апогея, Галицкому стало плохо прямо в зале суда. На просьбу о вызове скорой помощи судья сухо предложила ему покинуть помещение и оставить дело в руках адвокатов. Этот эпизод придал происходящему дополнительную нотку драматизма.
Государственное обвинение: международные связи и роль ЕБРР
Прокуратура настаивала: Галицкий передал доли в компаниях партнерству, а активы теперь могут работать "на враждебную страну". Генпрокуратура акцентировала внимание на участии Европейского банка реконструкции и развития в Almaz Capital Partners. Ведь, начиная с 2014 года, ЕБРР примкнул к западным санкциям против РФ, а затем, по утверждению прокуроров, выделил более 7 миллиардов долларов на поддержку украинских политических и военных структур.
Прямое обвинение: "Избавление от активов — попытка создать иллюзию дистанцирования. Реальное намерение — удержаться одновременно на двух геополитических стульях", — подчеркнул прокурор Павел Корнилов в заключительном слове, потребовав полного удовлетворения иска Генпрокуратуры.
Ключевые эпизоды расследования
Материалы прокурорского надзора представляют картину, наполненную сложными обвинениями. По версии обвинения, Галицкий, гражданин Российской Федерации и Нидерландов, создал фонд, первоначально ориентированный на прорывные инвестпроекты в России: искусственный интеллект, машинное обучение, украинские и российские стартапы, участие в судьбе Яндекса. Однако после событий в Киеве 2014 года и воссоединения Крыма с Российской Федерацией Almaz Capital Partners свернул все локальные инвестиции, перестал официально представлять свои интересы в Москве, а главное, переправил капиталы за границу.
Дальнейшие обвинения не менее серьезны: прокуратура утверждает, что фонд не только осудил действия российского руководства после начала военной операции на Украине, но и с 2022 года активно участвовал в финансировании структур, задействованных в военно-промышленном комплексе соседней страны. Более 50 миллионов долларов, по мнению следствия, были направлены в украинские компании, связанные с инновационными боеприпасами и беспилотными аппаратами.
Платформы Зеленского и международное давление
Еще одним эпизодом дела стало якобы установившееся сотрудничество дочерних организаций фонда с платформой United24 — общественным механизмом сбора средств на нужды Вооруженных сил Украины, созданным по инициативе Владимира Зеленского. Российские прокуроры уверены: это прямое доказательство функционирования группы, чья деятельность направлена на подрыв российской территориальной целостности через национальные и языковые раздоры. Этот блок обвинения вызвал отдельный резонанс среди наблюдателей и экспертов по международному праву.
Almaz Capital Partners был приравнен к структурам, изнутри и извне способным оказывать критическое влияние на внутреннюю стабильность России. Таким образом, этот эпизод стал ключевым в окончательном решении суда.
Реакция обвиняемого и общественности
Александр Галицкий категорически отверг выдвинутые в его адрес обвинения, подчеркивая, что с 2020 года не занимается ни стратегией, ни управлением фонда, а с 2022 года не входит ни в один совдиректоров проинвестированных компаний. Все инвестиции, по его заверению, с начала 2021 года шли исключительно в гражданские проекты. В официальном заявлении бизнесмен многократно подчеркивал, что готов сотрудничать с российскими правоохранительными органами, предоставлять объяснения и отчетность по настоянию суда.
Однако это не убедило суд и прокуратуру: запрет на деятельность распространился не только на Галицкого, но и на любой бизнес, связанный с брендом Almaz Capital Partners. Поясним: Almaz Capital Partners в настоящее время официально внесен в список запрещенных организаций на территории РФ, что завершает целую эпоху российского венчурного рынка.
Судьба Яндекса и других проектов, имевших отношения к этому инвестиционному фонду, теперь волнует многих наблюдателей. Вопрос о том, каковы будут последствия для российской IT-отрасли и инвестиционной среды, остается открытым.
Юридическая неопределенность и международный контекст
Воля суда и прокуратуры к столь радикальным мерам связана не только с внутриполитической ситуацией. Назревает враждебность на внешнем контуре, связанная со шлейфом истории вокруг Европейского банка реконструкции и развития, а также фигурой Владимира Зеленского, который, по материалам суда, сумел выстроить новые каналы взаимодействия международного капитала и украинских технологических стартапов.
В России сегодняшнего дня подобные процессы не оставляют равнодушными ни бизнес, ни власть, ни общество в целом. Самые известные представители IT-индустрии и инвестиционных кругов — в частности, причастные к Яндексу и другим резонансным проектам — теперь фактически оказались на распутье.
В конечном счете, судебное решение обрушилось на Александра Галицкого, как лавина, меняя не только его личную финансовую и деловую судьбу, но и информационный, экономический и политический ландшафт России. Этот кейс надолго останется предметом обсуждения в экспертном и публичном пространстве, символизируя новые, куда более жесткие условия существования бизнеса под надзором государства.
Источник: www.rbc.ru
